Тема: Жизнь Знаменитых Людей

Магомедов Ахмад-хаджи Магомед-Назирович

Прочитать (посмотреть) статью по аварски на сайте Чирката.RU

Магомедов Ахмад-хаджи Магомед-Назирович

Магомедов Ахмад-хаджи Магомед-Назирович родился 26 февраля 1966 года в селении Чирката Гумбетовского района. При рождении родители дали ему имя Салатгирей, об изменении имени и причине мы расскажем позже. С первых школьных лет начал изучение Корана, отец послал его со старшим братом на обучение Корану к Таибат.

В атеистическом СССР было под строжайшим запретом все, что связано с религией. Таибат-очень баракатная женщина преклонных лет, тайно обучала на дому детей основам ислама. Впоследствии Салатгирей дал своей дочери имя Таибат в память о своём первом муалиме.

С детских лет у него проявилась любовь ко всему, что связано с исламом, возможно, это было наследственным: его прадед по материнской линии Малахмайил Мухаммад был в числе мюридов устара Абдулхамида-афанди из Инхо.

В Чирката, где ныне насчитывается более тысячи мюридов тариката, в те годы было их всего трое – Малахмайил Мухаммад, его супруга Агалди и дибир села Ордаш. Предки Салатгирея по отцовской линии тоже были известными учеными-богословами. Из многочисленного письменного их наследия до нас дошла лишь малая часть.

В годы гонения религии эти книги были сложены в сундук и закопаны на полу жилого дома, там книги протухли. Салатгирей вспоминал, как он сделал первые шаги на пути Аллаха и что его на это подвигло. В младенческом возрасте он слышал, как взрослые обсуждают скорое наступление Судного дня. Наступление этого дня ожидалось в 1980 году, и ребёнок мечтал застать этот День, будучи мутаилом – ищущим знания.

В годы обучения в школе, переходя из класса в класс, Салатгирей не забывал о своей мечте. В те годы бросить обучение в школе, и тайно заниматься обучением на дому у исламского богослова, было очень рискованное, почти невозможное дело. Салатгирей знал, что, покинув родное село, тайно обучается у богослова его сельчанин и ровесник Сайгитов Магомеднаби, но никак не удавалось знать, где и как самому следовать по пути ровесника.

Но помог случай. Отец Магомедова работал сторожем отдалённого колхозного сада в 5-6 км от села в хуторе «Дорголо». Однажды Салатгирей возвращался в село пешком из хутора и его догнали двое путников. Один из них оказался Сайгитов, а второй его муалим Асвад Абдуллах. Они под покровом ночи шли в Чирката, чтобы продавать Кораны и другую исламскую литературу. Магомедов рассказал муалиму о своём желании, тот обещал ему помочь.

На следующий день, уходя из села, Асвад Абдуллах дал мальчику свой адрес и сказал, что ждёт его в Хасавюрте к себе в гости. Через три дня Салатгирей направился в Хасавюрт к Асвад Абдуллаху. К этому времени Магомедов окончил 8 классов школы. Хотя никогда не был в городе, дом по адресу нашел, его приняли очень радушно.

Началась настоящая учеба, о которой он мечтал с детских лет. Здесь он с Магомеднаби проучился около 8 месяцев, пока их не обнаружили работники КГБ. После разгрома медресе они около месяца скрывались в кутане села Ингиши у кунака родителей Салатгирея. К ним тайно приходил муалим Исмаил сын Абава. Впоследствии оба чиркатинских мальчика обучались в доме Абава в Хасавюрте.

В дни каникул, когда оба мальчика возвращались в Чирката, Ахмад часто ходил домой к Магомеднаби, чтоб не пропустить ни дня без получения новых знаний. Магомеднаби на два года раньше вступил на этот тернистый путь, и Салатгирею было чему у него учиться.

Примерно через 7 месяцев их обучения, работники КГБ узнали о медресе в доме Абава и в очередной раз разгромили его. Вскоре, Магомеднаби призвали в армию и Ахмад, в поисках знаний, оказался в Кизилюрте. В этом городе жил Рапигулаев Гаджи из Мехельта, который в своём доме тайно организовал работу исламского медресе.

В Кизилюрте мальчик жил и учился в доме Рапигулаева. Салатгирей часто вспоминал как из окна дома, где он обучался, видел тётю Меседо, родную сестру мамы, каждое утро идущую на работу. Юноша сильно по ней скучал, но выйти ей навстречу и поговорить не мог, требовалось строго соблюдать конспирацию.

Меседо знала, что её племянник где-то учится тайно, но где именно не знала. Знай она, что племянник в Кизилюрте, обязательно бы его навестила, соблюдая все меры предосторожности. В годы учебы в Кизилюрте Магомедов впервые вступил на путь тариката, он стал мюридом устаза Меселасул Мухаммада из Нечаевки. После ухода в мир иной Меселасул Мухаммада устазом тариката для него стал Саид-афанди из Чиркея.

В период обучения в Кизилюрте их медресе опять было разгромлено властями, Салатгирей вернулся в родное село. Но он не мог долго остаться без получения новых знаний и поехал в Буйнакск, где жила сестра его отца, тётя Салихат.

Погостив там тёти несколько дней, он осторожно стал узнавать у неё, нет ли в городе муалимов, у которых можно бы продолжить своё исламское образование. Тётя привела его к Хизри, у которого Салатгирей стал продолжать своё обучение. Спустя некоторое время Магомедов в беседе со своим муалимом сказал ему, что он слышал об устазе Сааду Хаджиясул Мухаммаде из Батлуха, не знаком ли Хизри с ним, не сможет ли познакомить его с тем устазом.

В период учёбы в Хасавюрте муалим Асвад Абдуллах часто рассказывал о Сааду Хаджиясул Мухаммаде и Салатгирей мечтал о знакомстве с ним. Хизри обещал на следующее утро пойти к этому устазу. Ахмад-хаджи часто вспоминал, что то была незабываемая ночь, которая тянулась как целая неделя.

Молодой мутаил почти не спал всю ночь, волнуясь перед встречей с известным алимом. Утром пришел Хизри и велел Салатгирею помыться телом, одеться в чистую одежду и готовиться к встрече с Сааду Хаджиясул Мухаммадом. Алим встретил молодого человека как давно знакомого друга, обнял и крепко к себе прижал.

С тех пор, каждую пятницу Салатгирей ждал на пути следования алима в мечеть, чтобы издали любоваться им. Сааду Хаджиясул Мухаммад рекомендовал Салатгирею продолжить дальнейшую учёбу у Сиддикил Алихаджи. У Алихаджи было много мутаилов и спали они в тесноте. Видя это, Сааду Хаджиясул Мухаммад забрал Салатгирея к себе, соорудил специально для него топчан и устроил удобства для ночлега.

Тут следует отметить, что Салатгирей постоянно скрывался от знакомых и односельчан. Директор школы из родного села организовал буквально охоту за ним, не раз выезжая в города Дагестана на его поиски, чтобы вернуть его в школу прервав исламское образование. Сааду Хаджиясул Мухаммад сыграл огромную роль в определении дальнейшей судьбы Салатгирея. Скупой на похвалы устаз не раз отмечал особую прилежность и способности к знаниям чиркатинца.

Имя Ахмад ему дал тоже устаз. Сааду Хаджиясул Мухаммад сменил имя данное родителями на Ахмад. Имя Салатгирей мальчику было дано честь шахида Ахульго, мюрида великого имама Шамиля, который приходился предком Ахмад по материнской линии на пятом поколении. Их было на Ахульго трое братьев: Салатгирей, Хаджиали и Гунаш. Имам Шамиль в знак благодарности за храбрость и отвагу выделил этим трём братьям земельный надел в чиркатинском хуторе «Риккила».

Ахмад часто с упоением рассказывал об имаме Шамиле и своих героических предках. В последующие годы, будучи имамом Гумбетовского района, часто устраивал в Чирката маджлисы и шамилёвские чтения. Но мы чуточку ушли вперёд в изложении жизненного пути Ахмада...

Продолжим Буйнакский период. Каждый переход к новому учебнику, на новый уровень образования был строго согласован с Сааду Хаджиясул Мухаммадом Батлухским. Алихаджи давал самую высокую оценку старательности, прилежности и аккуратности мутаила из Чирката.

Впоследствии Алихаджи часто вспоминал, что у него не было ученика успешнее Ахмада из Чирката по арабской грамматике (нахви), он не успокаивался, пока не доведёт начатое до полного завершения. Ахмад имел прекрасный почерк и почти все книги, по которым он обучался, переписывал вручную.

Следует напомнить, что в те годы эти книги были под запретом, их приходилось списывать вручную, но не многие с этим справлялись. Он оставил нам немало ценных книг, списанных собственноручно, такие как: «Талхисс» и «Бурудж» Хасана Кахибского, «Кашифату саджа», грамматику «Уну музадж» и т.д. Ахмат-хаджи в совершенстве владел тажвидом и махраджем, о чём свидетельствовали много алимов, в числе которых известный Хасмухаммад-хаджи.

Ахмад-хаджи посчастливилось начать изучение книги величайшего исламского мыслителя Имама аль-Газали «Бидаятуль гьидаят» у Саида-афанди Чиркейского. Впоследствии книгу эту он выучил наизусть и от своих многочисленных учеников Ахмад-хаджи требовал выучить его наизусть. До призыва в Армию Ахмад жил и учился в доме Алихаджи.

Призыв в Армию в 1986 году на два года прервало его обучение. И в годы службы Ахмад не прерывал связи со своим муалимом и с устазом Сааду Хаджиясул Мухаммадом. Письма устаза Ахмаду в Армию до сих пор хранятся у них как ценные реликвии. Ахмад и в Армии строго следовал всем предписаниям ислама, хотя в те годы это был немыслимым подвигом, не пропускал ни одного намаза, ни одной уразы.

Он вставал за час до утреннего подъема, уединившись, занимался фарзом и духовным самосовершенствованием. Возвращаясь домой после окончания службы, Ахмад еще до встречи с родителями зашел к Сааду Хаджиясул Мухаммаду и первым вопросом алима к солдату был «Намазы пропускал?» и только после ответа и долгой беседы спросил о дальнейших планах: Будешь работать? Или учиться? Или сначала поженишься?.. Ахмад ответил, что желал бы продолжить учёбу и устаз ему посоветовал продолжить обучение у Алихаджи.

После Буйнакска Ахмад поехал в Чирката к родителям, отдохнул в родном селе, но душа не давала покоя, его тянуло в Буйнакск, хотя скрывшийся в теле шайтан требовал продолжить отдых и безделье. Отдохнув дома 2-3 недели, Ахмад выехал в Буйнакск. На следующий по приезду в город день он встретился на базаре с Алихаджи.

Мама Алихаджи, Ахмад звал её Ала-баба (бабушка Ала), часто вспоминала чиркатинского парня, ставшего ей как бы своим сыном. Муалим сказал Ахмеду, что она очень по нему скучает, хочет видеть его, и более двух лет хранит его четки. Так они пошли к Алихаджи. Переступив порог Алихаджи, Ахмед вновь окунулся в море знаний, позабыв обо всём земном. Дом учителя был полон мутаилами и для ночлега чиркатинцу не было места.

Тогда Батлухский его определил на ночлег к Мухаммадрашиду, чистейшему, богобоязненному муъмину из Батлуха жившему в Буйнакске. И здесь обучались и жили примерно 10-15 мутаилов. Этот Мухаммадрашид самыми похвальными словами охаратеризовал Ахмада из Чирката и спустя годы отправил своего сына Шамиля на два года на обучение в Чирката к Ахмад-хаджи. Тут же, в те годы у Ахмад-хаджи, учился и Мухаммад, сын Абдулмаджида из Унцукуля.

Живя у Мухаммадрашида, Ахмад на рассвете после утреннего намаза уходил к Сиддикил Алихаджияву получать для себя новые уроки, а после, вернувшись к Мухаммадрашиду, сам обучал живших там учеников. Сааду Хаджиясул Мухаммад восхвалял и подбадривал, как мог, ребят, посвятивших себя исламской науке вопреки гонениям властей. Он часто говорил им слова: вы не полностью осознаёте, насколько вы счастливы, идущие с раннего утра в науку! Представьте себе, как было бы несправедливо, если бы судьба уготовила вам быть мусорщиками, с раннего утра копошащимися в мусорных урнах!

В те годы, скрытно перебираясь с места на место, преследуемые властями, живя в спартанских условиях, с Ахмадом учились ставшие впоследствии известными в Дагестане учёными-богословами Абдуллах-хаджи-сын Саида-афанди из Чиркея, Али-хаджи из Кикуни, Махди-хаджи Мутаилов, Махди-хаджи Абидов, Мухаммадзахид из Унцукуля, Сулейман из Тлоха и многие другие.

После женитьбы в 1991 году Ахмад вместе с Али-хаджи из Кикуни некоторое время обучался у известного алима из Хвартикуни Ахмадил Мухаммада. В те годы у Ахмад-хаджи Магомедова брал уроки Али-афанди из Кулецма, в частности по книге Хасана Кахибского «Талхисуль маариф».

Еще за год-два до распада СССР, в селах Дагестана массово стали легально работать мечети. Джамаат Чирката попросил Ахмада взять на себя обязанности имама сельской мечети, но просьба молодым алимом была неоднократно отклонена по причине того, что он не может прервать процесс своего образования и совершенствования. Чиркатинцы решили воздействовать на него по-иному.

В те годы в Буйнакске по соседству с Сааду Хаджиясул Мухаммадом жил и был с ним в очень доверительных отношениях чиркатинец Маил Ахмад. Через Маил Ахмада джамаат вышел на Батлухского и уговорил устаза поручить Ахмад-хаджи стать духовным лидером родного аула. И в 1990 году Ахмад стал официальным духовным отцом чиркатинцев.

Незабываемым был день, когда молодого алима представляли джамаату села. Мухаммад-Назир, отец Ахмада, не скрывая слёз умиления, просил у джамаата не взвалить на сына непосильную ношу огромной ответственности требующей самопожертвования. Но все единогласно просили, требовали, обещали помочь и строго следовать указаниям нового лидера.

И Ахмаду ему пришлось взвалить на себя этот груз ответственности. Все свои последующие действия Ахмад согласовывал с Саид-афанди Чиркеевским и Бадрудин-афанди Ботлихским. Саид-афанди всегда давал очень высокую оценку старательности и усердию Ахмада на пути Аллагьа. Ахмад отвечал ему сыновней любовью.

Магомедов Ахмад-хаджи Магомед-Назирович

В 1991 году Ахмад впервые совершил паломничество к Святыням ислама и отныне он стал носить почётное имя Ахмад-хаджи. И с тех пор он до конца своей жизни ежегодно, за исключением 2000 и 2001 года, совершал этот благородный обряд очищения. При рождении второго сына Ахмад-хаджи пошёл к своему устазу в Чиркей, поделился с ним своей радостью и попросил его разрешения дать его имя новорожденному. Саид-афанди с большим удовольствием согласился, сделал дуа и пожелал, чтоб мальчик стал лучше и совершеннее его.

В дни, когда весь Дагестан оплакивал Саида-афанди, павшего от грязных рук палачей-вероотступников, Ахмад-хаджи в своей прощальной речи говорил: Самые дорогие и родные человеку люди – это отец, мать, дети. Я бы всеми ими и собой жертвовал ради спасения жизни моего великого устаза… Тут отметим еще случай, который раскрывает отношения устаза и мюрида.

Однажды Ахмад-хаджи со своей мамой Айшат и сестрой Хабизат поехали в Чиркей на зиярат к Саид-афанди. После визита к Саид-афанди, когда стало темнеть и семейство собиралось прощаться, Саид-афанди попросил Ахмад-хаджи остаться на ночь, выпроводив мать и сестру. Сестра и мать ушли ночевать к кунаку, Ахмад-хаджи остался терзаемый сомнениями, правильно ли он делает, что пользуется, как бы злоупотребляет великодушием устаза.

На следующее утро Ахмад-хаджи с родней должны были ехать в Буйнакск, Саид-афанди вышел провожать их до самой трассы. Гости были в умилении от такого почёта и уважения известного не только на Кавказе алима-арабиста. В последующем известному чиркатинскому богослову Фахрудину пришлось ночевать у Саида-афанди.

Перед тем, как лечь спать, Саид-афанди сказал, чтоб он лёг там, где ему стелили, а не на полу как стеснительный чиркатинский Ахмад-хаджи. Оказывается, Ахмад-хаджи посчитал, что не достоин лечь в постель устаза и спал, скорчившись на полу. Этот Фахрудин очень уважаемый в кругу дагестанских алимов, был будуном в Чирката, когда Ахмад-хаджи стал руководителем мусульманской общины села. Много чиркатинцев по назиданию Фахрудина, его баракату стало на путь тариката.

После распада СССР в горных аулах начали восстанавливать мечети, находившиеся в запустении в течение 70 лет. Многие мечети в Дагестане были переоборудованы под конторы государственных учреждений, склады, клубы… Их начали восстанавливать.

Тут уместно отметить, что в Чирката все три мечети были заперты под замок и не использовались под нужды страны безбожников. Но они за 70 лет обветшали и требовали ремонта. Ахмад-хаджи пришлось не только быть духовным предводителем, он был и строителем, и плотником, и штукатуром…

Имам села, не дожидаясь завершения ремонта культовых зданий, сразу начал обучение сельчан основам ислама. К нему на обучение ходили люди разных возрастов и социальных групп. Самому младшему Мухаммад-арифу было 5 лет, самым старшим Шамхалову Али и Ажал Мухаммаду более 55! Обучение проходило в доме дяди по матери Магомедкамиля, в здании бывшей школы, бывшей почты…

Впоследствии дом его был постоянным местом учебы мутаилов и не только из Чирката. За высокие морально-нравственные качества уважение к молодому алиму росло очень быстро. Он был не только духовным лидером, он был лидером во всех отношениях и не только родного села, в те годы он был одним из самых популярных личностей района. С ним советовались все вплоть до руководства района.

В годы перестройки, годы изменения общественно-политической системы, в годы переосмысления ценностей, изменения ориентиров Ахмад-хаджи сумел найти правильное направление, указать народу наиболее справедливое и верное решение многих вопросов.

В период расформирования колхозов и перераспределения общественной собственности он был в числе реформаторов и огромна его заслуга в том, что колхозная собственность вовремя и справедливо была разделена между всеми жителями села, не допустив злоупотреблений и перекосов.

В тот смутный период беспредела, Ахмад-хаджи не допустил хищения и разбазаривания народного добра. Он был образцом честности и порядочности для всех, кто его знал. А знал его весь район, и не только! Молодёжь района старалась быть рядом с ним, советоваться, узнавать новое, помочь, защитить.

В 1993 году турбаза в Гергебильском районе была расформирована и её территория передана муфтияту для переоборудования под исламское учебное заведение. Руководителем этого учебного заведения был назначен Али-хаджи из Аймаки, который предложил Ахмад-хаджи переехать к нему с семьёй и своими мутаилами. Ахмад-хаджи принял приглашение и вместе с 2-х летним сыном Мухаммадарифом выехал в Гергебиль 23 декабря 1993 года.

Сына он очень любил, но был с ним сдержан и строг. Часто говорил, что лучше потерять сына, чем видеть его равнодушие к исламу и тарикату. С 7-летнего возраста начал учить сына Корану, заучивать Г1амма, Табарака и другие суры и, можно смело сказать, этот труд и усердие дали отличные результаты, сын получил правильное воспитание и полноценное исламское образование.

Работая в Гергебиле, обучая молодежь и самосовершенствуясь, Ахмад-хаджи не бросил работу и в Чирката и одновременно выполнял обе работы.

В 1994 году муфтият Дагестана направил группу молодых алимов, в числе которых и Ахмад-хаджи, в Сирию, в Дамасский исламский университет «Абу Нур». Там Ахмад-хаджи полгода повышал свою квалификацию и вернулся в Дагестан с новыми планами и идеями по развитию исламского образования в Дагестане.

Спустя некоторое время руководство «Абу Нура» пригласило Ахмад-хаджи и Али-хаджи в университет для работы и для дальнейшей учёбы. Ахмад-хаджи с радостью принял приглашение и начал собирать необходимые документы. Как все было подготовлено, Ахмад-хаджи решил посоветоваться со своим духовным наставником, с Саид-афанди. Тот не одобрил его план. Выйдя от него, Ахмад-хаджи порвал в клочья все, с таким трудом собранные документы, боясь соблазна шайтана и ослушания своего устаза.

В 1996-1997 годах по поручению муфтия Дагестана Саййид Мухаммада работал вместе с алимом Курамухаммад-хаджи над разоблачением ваххабитской идеологии и их последователей. Оба известных в Дагестане алима работали над изданием антиваххабитской литературы, выпуском кассет и другого пропагандистского материала. Для этих целей в одной из комнат сына Саййид-Мухаммада была оборудована студия.

Это была опасная, рискованная деятельность, но работа шла успешно, несмотря на постоянно поступающие угрозы со стороны врагов ислама. До шахидской смерти Курамухаммад-хаджи от рук ваххабитов Ахмад-хаджи работал с ним в каноническом отделе муфтията Дагестана. По поручению муфтията с 2006 года стал работать имамом Гумбетовского района.

Всю свою деятельность на этом ответственном посту направил на сбережение и очищение района от чуждой исламу идеологии. Постоянно советовался с муфтием Ахмад-хаджи Аблуллаевым и его заместителем Ахмад-хаджи Лабазановым (Абу Хамид). Это был период, когда от рук ваххабитов погибали известные алимы-арабисты.

Магомедов Ахмад-хаджи Магомед-Назирович

Его смелость, бесстрашие и огромный авторитет среди народа являлся самым главным заслоном, оберегавшим Чирката и Гумбетовский район от ваххабизма. С 2013 года муфтият вновь пригласил его на работу помощником руководителя в отдел хаджа.

На этой работе помог очень многим мутаилам из малообеспеченных семей совершить хадж за счёт благотворителей, честно и справедливо распределяя квоты среди нуждающихся. За свою сравнительно недолгую жизнь он в течение 15 лет был имамом села Чирката, 7 лет имамом Гумбетовского района, совершил хадж 27 раз.

В последние годы, с наступлением месяца Рабиуль авваль-месяца рождения Пророка (с.а.в.), Чиркатинский Ахмад-хаджи вместе с Лабазанил Ахмад-хаджи (Абу Хамидом) дважды прочитывали книгу Шуайба Багини «Калаидул жавахир».

Также они постоянно работали вместе над изучением трудов выдающихся светил исламской науки: шарх «Аль-Арбаин ан-Нававият» Ибну Хаджара Хайтами, «Фатхуль мубин» Имаму ан-Навави и другие. Он имел большие планы на будущее, но внезапная смерть оборвала всё.

В начале октября 2019 года Ахмад-хаджи почувствовал слабое недомогание, была аритмия сердца, но он не обращал на это особого внимания. Узнав об этом, друг Ахмад-хаджи в Питере пригласил его в гости посмотреть красивый город, ознакомиться с деятельностью Питерской уммы северо-кавказских мусульман, познакомиться с дагестанской диаспорой и заодно обследоваться у именитых врачей.

15 октября 2019 года Ахмад-хаджи прилетел в Питер, в аэропорту его встречали друзья и вместе с ними они направились в город. Он в окно автомобиля любовался осенней питерской природой, говорил, что восхищён красотой и разнообразием мира созданного Творцом и вдруг замолк. Сопровождавший его врач констатировал смерть.

В четверг вечером его похоронили в чиркатинском кладбище рядом с зияратом шейха Алисултана. Этот Алисултан-родной брат шейха Абумуслима-арабского распространителя учения Пророка (с.а.в) первым принесшего в горный Дагестан ислам. Погасла еще одна яркая звезда ислама в Дагестане.

На похороны прибыло тысячи мусульман со всего Дагестана. У его могилы выступали и делали дуа именитые учёные-богословы. Муфтий Дагестана шейх Ахмад-хаджи афанди сказал: Ушёл в ахират праведник, алим, богобоязненный мусульманин, посвятивший всю свою сознательную жизнь укреплению ислама. Мы хороним его в ночь перед святым днём рузмана. Он умер шахидом на гъурбате (т. е. вдали от родных мест).

Есть достоверный хадис от Аблуллах ибну Амру ибнуль Асс и Нисаия ибну Маджагь, в котором говорится: В Медине хоронили одного покойного и при этом Пророк (с.а.в) после джаназа-намаза сказал, «он был достоин смерти вдали от родины». Асхабы спросили Его: Почему? Пророк (с.а.в) ответил: Если праведный мусульманин умрёт вдали от Родины, его могила расширяется на это расстояние и врата Рая открыты для него.

Ахмад-хаджи останется в нашей памяти, как символ возрождения и укрепления ислама в Гумбетовском районе после 70-летнего гнёта. Он всегда был последователем тарбията шейхов-устазов Дагестана Саида-афанди, Сааду Хаджиясул Мухаммада, Меселасул Мухаммада, Бадрудина, Мансурил Мухаммада…

Да окажется его душа чиста от грехов перед Аллахом! Амин!

Перевод с аварского и редактор текстов:

Ибрагимов Ибрагим Рамазанович

Автор статьи: Хайрула Хайрулаев  Просмотров: 247

Комментарии к этой страничке

(Комментариев пока нет)

Добавить Ваш комментарий:







НАВЕРХ