Добыча серы в Чирката

Перейти на страницу сайта Чирката.RU на аварском зыке

Автор статьи Ибрагимов Ибрагим Рамазанович

В 1757 году Шамхалу Тарковскому каждая семья следующих аулов собирала в виде налога следующую продукцию.
Аракани - 2 раталя вина, 1 раталь винного уксуса. (раталь - мера веса, ок. 450 г)
Гергебиль - 1 раталь вина, 2 раталя винного уксуса.
Кикуни - 1 мерка кукурузного зерна. (мерка, «къали» - мера объема, ок. 20 л)
Балахани - пол мерки пшеницы, пол ратала конопли.
Гимры - одну корзину винограда.
Унцукуль - пол ратала топленого масла.
Орота - одна мерка гороха.
Харахи - одна мерка фасоли.
Чирката - один ратал серы.

Ибрагим Рамазанович

Много путешественников и ученых побывало в Чирката. Интересно отметить, побывавший в Гумбете в 1728 г. И. Г. Гербер пишет, что здесь самым распространенным стрелковым оружием является лук и стрелы, кремневое ружье – большая редкость. Примерно через 100 лет после него побывавший в Чирката известный путешественник Дружинин Х. М. отмечает, что расположение села напоминает греческий амфитеатр, здесь много садов, обилие винограда. Путешественник пишет, что много жителей желало, чтобы он был их кунаком. Он пришел из Чиркея, осмотревшись, хотел продолжить свой путь и идти в Ашильта, но чиркатинцы не дали ему уйти не переночевав. Обильно угостили его и спутников домашним хмельным напитком, напоминающим бузу. А на утро следующего дня дали им на дорогу этого напитка и съестных припасов.  В нашей памяти они остались как путешественники и этнографы, на самом же деле это была царская разведка…. Горцы всегда славились своей гостеприимностью, но как часто эта доброта оборачивалась им во вред !!! Тяжко сознавать, что человек, которому ты открыл сердце и душу, держит за пазухой камень!

Хрисанф Михайлович Дружинин, побывавший в 1838 году в Унцукуле и в Чирката, отмечает в своих путевых заметках, что чиркатинцы собирали Мехти шамхалу по одному кайлу серы с хозяйства.

В Х1Х веке одной из крупных в Дагестане промышленных предприятий являлся серный рудник «Кхиутъ» в Чирката. Серную кислоту называют отцом промышленности. Из чиркатинской серы получалась высококачественная кислота. До того, как в Чирката стали добывать серу, кислоту для нужд промышленности России привозили на пароходах из Сицилии. Нет нужды объяснить, какую роль в промышленности вообще и в оборонной промышленности в частности занимает производство пороха, а основой всего этого является сера. Для производства пороха, кроме серы, используется и селитра. В окрестностях Чирката добывали и селитру. Сера также использовалась в агротехнических целях для борьбы с болезнями винограда. Горцам было известно и медицинское применение серы для борьбы с чесоткой.

Для изготовления пороха в определенной пропорции смешивали серу, селитру и золу, измельчая, смешивали их в огромной каменной ступке. Это было опасное, требующее сноровки и умения занятие, во время производства порох мог взорваться. Часто можно было встретить людей с обожженной бородой и усами, искалеченными руками. Каменные  ступки для кустарного изготовления пороха поныне хранятся на площадях селений Ашильта, Данух и других. Если растворить в воде отходы от расплавленной серы, получалась отличная черная краска для шерсти, для окраски шерсти в красный цвет использовалась марена. Следует отметить, что марена издревле использовалась как красящий материал для шерсти. Дагестанская марена имеет в три раза больше красящего вещества, чем любая другая марена в мире. На нее еще со времен Геродота обратили внимание. Именно потому на старинном гербе города Дербента изображен куст марены.  Для окраски кожи в черный цвет использовались квасцы.

Хорошо знавший природные богатства Чирката, Анхва  Мухаммад говорил, что на территории села имеются месторождения 12 полезных ископаемых и что наша земля такая же благодатная, как и земли Шама (Сирии). Чиркатинцев часто можно было видеть продающими серу и красители в крупных горских рынках в таких аулах, как Хунзах, Корода, Карата и др. Места сбора красителей жеребьевкой распределялось среди чикатинцев ежегодно в конце лета. А к концу осени в Чирката съезжались торговцы из соседних аулов для скупки красителей. Чиркатинской краской кожу можно было красить, придав ей различные оттенки. Самой лучшей считалась кожа кородинской выделки, а после нее ценилась чиркатинская. В местности Кхиут добывали также доломит, алебастр, мергель - как сырье для производства цемента, карбонат магния - как огнеупорный материал. Чиркатинский серный рудник находится примерно на высоте 1000 м над уровнем моря и расположен к северо-востоку от Чирката в 6-7 км от аула. Шамиль уделял большое внимание бесперебойной добыче серы. В 1847 году на сходе в Анди  одним из главных обсуждаемых вопросов был вопрос добычи серы и ее переработки. Для производства пороха и добычи серы имам обязал джамаатов сел Хоточ, Хиндах, Гуниб, Тлох, Муни выплачивать в казну по 15 рублей. Мужчин из этих сел не призывали на газават, их обязали заниматься сбором селитры. Из некоторых аулов призывалось ограниченное количество мужчин, им вменялось в обязанность сбор и заготовка селитры и серы. Такими аулами являлись Чирката, Шубут, Кикуни, Могох. (из записок зятя Шамиля Абдурахмана из Кази-Кумуха).

В год пленения Шамиля в местности Кхиут был Абих Герман Вильгельмович, которого считают отцом кавказской геологии. Он написал несколько научных трудов об использовании кавказских месторождений. В 1867 году грузинский промышленник В. В. Эристави получил здесь в пользование 104 десятин земли. Преодолевая сложнейшие природные условия, во многих местах через скальный грунт из Порт-Петровска сюда проложили дорогу, по которой свободно могли двигаться экипажи и повозки. В 5 местах по дороге построили кузнечные мастерские для ремонта повозок и подковки лошадей. Днем и ночью беспрестанно по новой дороге шли обозы из 1300-1500 повозок, которые работали на хозяйство В. В. Эристави и С. М. Шибаева.

Не считая инженерно-технический  персонал, здесь работало около 150 человек. 1882 году шахту выкупила французская компания, в 1886 году здесь было уже 4 шахты. Руду добывали взрывным способом. Было установлено 25 печей для выплавки серы, с их помощью заготавливали в месяц около 10 000 пудов чистой высококачественной серы. Сера, расплавленная в печах, вытекала в специальные ведра и, остыв там,  принимала его форму. Такие конические куски чистой серы грузили на повозки, возили в Порт-Петровск, а оттуда на кораблях в Баку и там продавали. Был построен склад, где можно хранить до 200 пудов пороха, была также кузница, работающая на каменном угле и мазуте. По узкоколейке лошади тащили вагонетки и вывозили в сутки около 2000 пудов серосодержащей руды. Жилые помещения для рабочих отапливались железными печками. Первая печь в Чирката появилась отсюда. У всех были камины и все удивлялись, глядя на то как «огонь заправили в ящик». Из Кхиутля в аул пришло много цивилизованной техники, такие как швейная машина, ручная дрель, керосиновая лампа, лампа «Летучая мышь» и многое другое. Некоторые из этих технических новинок того времени хранятся в сельском музее.  Пуд серы продавался за 1 руб 05 коп. Рабочий день длился 10 часов, средняя месячная зарплата рабочего составляла 11 рублей (примерно 11 баранов). В серном руднике работали не только чиркатинцы, но и жители из многих аулов Дагестана. Аварцы, кумыки, лезгины и представители других народов Дагестана. Если в 1884 году франко-бельгийская компания добыла 6 500 пудов чистой серы, через год с небольшим, т. е. в 1886 году, было добыто в 88 раз больше. В 1891 году Эристави пригласил к себе на помощь Фарруха Везирова, и разработка серного рудника началась с новой силой. Был установлен паровой котел мощностью 10 лошадиных сил, 14 печей нового типа для плавки серы. Сюда было привезено мазута для топлива 2000 пудов. В этом году было добыто 20 000 пудов серы, и она была продана в Баку за 21 000 рублей. Для сведения приведем некоторые цифры. В 1891 году при прокладке дороги в Темир-хан-Шура было использовано 291 пудов пороха, намного больше было израсходовано пороха при прокладке в столицу Дагестана железной дороги в 1915 году. О запасах серы в месторождении Кхиутъ известные геологи говорят следующее:

В. С. Кривенко пишет: “В горах аула Чирката выходит пласт, в котором около 35 % чистой серы и в двух горизонтальных пластах суммарные запасы серы могут достигать 50 миллионов пудов”. Французский инженер Барбот де Марми в своих записках отмечает, что в Кхиуте имеется около 80 миллионов пудов руды с 17 % содержанием серы. Геологи М. Ю. Копп и Н. К. Разумовский утверждают, что запасы серы в этом месторождении могут дать 70 % серы необходимой дореволюционной Российской промышленности. Дорога, на прокладку которой тратились огромные средства, свидетельствует о том, что производство серы здесь было выгодным предприятием. Дорога и в наши дни почти цела, только требует частичного ремонта. В. В. Эристави решил собственными глазами увидеть результаты вложения своего капитала и проехал по этой дороге. В пути увидел, как дорога, извиваясь, идет круто в горы и исчезает в облаках. Остановил свой экипаж, сказал, что жизнь Всевышним дается только раз и рисковать не желает, развернулся с Каранайских гор и вернулся назад. В «Кхиуте» делами Эристави управлял Кайитмаз из Хунзаха. Старожилы Чирката, знавшие его, рассказывали, что он был роскошным человеком. В Хунзахе он построил для себя дворец, подобный дворцу Шамхала Тарковского в Темир-хан-Шуре. Старый горец, видевший этот сказочной красоты дворец, сказал: “Все прекрасно, один только недостаток, в мир иной, в мир вечного покоя его не унесешь”. На что Кайитмаз ответил: “У меня трое сыновей, не все же вместе умрем, меня не будет - достанется моим наследникам”. Но горькая судьба распорядилась по-иному. В первые годы советской власти, когда шла охота за богатыми, Кайитмаз и трое его сыновей решили эмигрировать в Турцию. По дороге они остановились на ночлег около одного хутора. Большевистским агентам стало известно об этом, они под покровом ночи подобрались к ним и всех перебили…

Из-за плохой организации охраны труда в серном руднике случались и несчастия. Работал здесь молодой человек по имени Тайсун из Гумбетовского аула Тлярата. Он пришел работать на шахту, чтобы скопить денег на свадьбу и подарки невесте. Тайсун погиб под обвалом пласта, заживо захороненный. Плакальщица Нурасова Пати в своем плаче по нему сказала:

Не объяснялся ты с подругой в любви,
С тещей не поделил горе да печаль.
Не носил сапог ты, сшитых мастером,
А носил ты обувь - обноски чужие.

Не надел черкеску, не носил кинжал,
Был одет ты в аба, с чужого плеча.
Знал только кирку да лопату большую,
Как погиб Тайсултан слушайте рассказ.

Пусть дом твой остеклят льдом из речушки,
Коль не суждено тебе выглянуть в окно.
Пусть покроют твой стол дорогой скатертью,
Если не суждено вместе нам чаевать.

Если б был дом готов к свадьбе для тебя,
Не оказался бы ты в шахте Кхиута.
Если б стелила тебе невеста постель,
Не спал бы ты вечно в серной постели.

Давно уже не слышны в утомительных поворотах горной дороги ржание лошадей и скрип повозок. Последний рабочий покинул шахту в 1946 году. Но с этим никак не хочется согласиться. Богатая полезными минералами гора Кхиут ждет деловых людей. Здесь есть, где развернуться, и крупное производство ждет своего часа.

НАВЕРХ